Записи с метками ‘Стефан Цвейг’

Стефан Цвейг. “24 часа из жизни женщины”

Среда, 10 Август 2011

После строгого, взвешенного, сдержанного и спокойного текста “Магеллана” эмоциональная, с психологическим накалом, с очень динамичным действием новелла “24 часа из жизни женщины” – сродни небольшому, но при том довольно мощному взрыву.

То, что Цвейг у современного читателя не в цене, пожалуй, можно объяснить. Наверняка, и наивность его произведений, и вопросы нравственности, о которых он рассуждает, кажутся многим катастрофически неактуальными. Наверняка, многим теперь совершенно непонятен сюжет этого произведения – героиня только 24 часа своей жизни провела под влиянием доселе ей неведомой страсти, а терзается муками совести до самых седых волос по поводу того, что эти 24 часа она прожила вразрез с собственными представлениями о себе, вразрез с некими раз и навсегда принятыми ею безоговорочно нормами и правилами. В наш век страстей такое произведение читается почти как фантастика. Как написал Веллер в своём отклике о Цвейге : “Представления его современников о долге, чести и благородстве напоминают сейчас очерки о жизни марсиан”.

Нам действительно, трудно теперь воспринимать некоторую часть наследия мировой литературы. Особенно ту, где много идеализма и романтизма. Наше сумасшедшее время не располагает к вдумчивому прочтению таких произведений. Стефан Цвейг – и романтик, и идеалист. И его герои тоже романтики и идеалисты. И схожесть выдержанного “Магеллана” и “24 часов из жизни женщины” – именно в присутствии в обоих этих произведениях изрядного количества идеализма, романтики, глубоких рассуждений о долге, чести, благородстве, в пристальном внимания автора к внутренним мирам своих героев. Различия только в характерах и обстоятельствах героев, динамике действий. (далее…)

Стефан Цвейг: “Магеллан:Человек и его деяние”

Понедельник, 8 Август 2011

В детстве и юношестве я читала не так много приключенческих книг. На уроках географии увлекательнейшая историческая информация о великих открытиях преподносилась очень сухо и неинтересно – даты, имена, ни о чём особенном нам не говорившие. А вот эта книга Стефана Цвейга полностью перевернула мои преставления о географии, её достижениях и людях, благодаря которым мы теперь столько всего знаем о своей планете.

Книга Стефана Цвейга с романизированной биографией “Магеллан:Человек и его деяние” попалась мне на глаза в магазине “Старой книги”. Стоила сущие копейки по нынешним временам – всего 30 рублей, при том что она была в идеальном состоянии. Как написал сам Цвейг в предисловии – книга родилась у него из необычного чувства, чувства пристыженности. А возникло это чувство во время одного из морских путешествий. Писатель отправился морем в Южную Америку знакомиться с Бразилией и Аргентиной. Морское путешествие оказалось непривычно долгим и показалось слишком утомительным, а жизнь на корабле ощущалась пресной и монотонной. Внутри себя писатель негодовал и сетовал на то, что пароход двигается недостаточно быстро. Но одна мысль, всего одна мысль заставила его устыдиться – он сравнил своё комфортабельное путешествие со странствиями былых времён, с первыми плаваниями тех смельчаков, которые шаг за шагов осваивали необъятные водные пространства и открывали мир.

К счастью для читателей, это чувство пристыженности не давало покоя писателю, и он начал жадно изучать описания людей и плаваний. Из всех прочитанных историй больше всего Стефана Цвейга вдохновил подвиг Фернандо Магеллана – “прекраснейшая одиссея в истории человечества – это плавание двухсот шестидесяти пяти мужественных людей, из которых только восемнадцать возвратились на полуразбитом корабле, но с флагом величайшей победы, реющем на мачте”. Цвейг углубился в эту историю. Из этого углубления получилась достойная памяти Магеллана и его вклада в мировые географические открытия книга, увлекательная, исторически достоверная и с острым, характерным духом авантюризма тех времён. (далее…)

“Книга зарождается из разнородных чувств…”

Понедельник, 1 Август 2011

“Книга зарождается из разнородных чувств. На со­здание книги может толкнуть и вдохновение, и чувство благодарности; в такой же мере способны разжечь ду­ховную страсть досада, гнев, огорчение. Иной раз по­будительной причиной становится любопытство, психо­логическая потребность в процессе писания уяснить себе самому людей и события. Но и мотивы сомнительного свойства: тщеславие, алчность, самолюбование — часто, слишком часто побуждают нас к творчеству, поэтому автору, собственно, каждый раз следовало бы отдавать себе отчёт, из каких чувств, в силу какого влечения выбрал он свой сюжет.”

Стефан  Цвейг. “Магеллан: Человек и его деяние”